Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

будущего

Футурама и Парки Развития

Если говорить о прототипах проекта, то нас вдохновляет крупнейший практик и теоретик футуродизайна Норман Бел Геддес и в первую очередь его проект Футурама:

Пересечение улиц в городе будущего. Фрагмент экспозиции «Футурама» на Всемирной выставке в Нью-Йорке

«Футурама» (англ. Futurama) — наиболее прославившийся футурологический проект павильона компании «Дженерал Моторс» на Всемирной выставке в Нью-Йорке в 1939 году.

Двадцать восемь тысяч человек ежедневно выстраивались в многочасовую очередь, чтобы её увидеть. На огромной площади был создан действующий макет города предположительно 1960 года. Город будущего представал перед восхищёнными зрителями просторным, чистым и процветающим. Великолепные небоскребы, зелёные бульвары и парки, широкие автострады и 50 тысяч автомобилей. Крошечные, но действующие модели автомобилей передвигались по автомагистралям города-мечты. Зрелище было грандиозное. Люди выходили из павильона с уверенностью, что видели будущее. Оно представлялось создателю «Футурамы» прекрасным, светлым и радостным, и своим оптимизмом он заражал посетителей выставки. В общей сложности «Футураму» посетило около 5 миллионов человек.



Вот что-то подобное и мы планируем создать в контексте городов будущего и аэромобильного транспорта,
но не просто в формате выставки, а со значительной долей интерактивности.

martian

"Марсиане, убирайтесь домой!", Дэвид Оделл (1989)



«Martians Go Home» - поставленная в 1989 году режиссером Дэвидом Оделлом, бесшабашная и безбашенная экранизация одноименного романа Фредерика Вильяма Брауна, американского писателя, виртуозного мастера сверхмалой (его микрорассказы поражают предельной лаконичностью и в то же время глубиной, масштабом замысла, напоминая о хемингвеевском «принципе айсберга») малой и крупной формы.
Главный герой (Рэнди Куэйд; «День независимости», «Призраки Гойи») – музыкант, который раньше играл в группе, а теперь пишет саундтреки для телевизионных шоу, в творчестве отдавая предпочтение нелицензированным ремейкам. Попросту говоря: перепирает у классиков.
Работая над двумя очередными заказами (гибрид программы "Давай поженимся?" с женской борьбой в грязи и научно-фантастический трэш про контакт человечества с пушистыми космическими медведиками), он отправляется в удаленный загородный домик, подальше от шума, суеты и прочих отвлекающих факторов. Ополовинив бутылку водки, садится за клавиши верного синтезатора "ямаха", и тут на него снисходит вдохновение.
Жена героя (Маргарет Колин; «Собственность дьявола», «Трое мужчин и младенец», опять же – «День независимости») работает на радио, а для души пишет картины, главными персонажами которых выступают суши и сельдерей.
Решив поделиться с ней результатами своего вдохновенного загородного творчества, герой звонит ей на работу, и в эфир случайно прорывается кусок будущего саундтрека.
На следующее утро в домике героя появляется незнакомец (Бэрри Собель), одетый во все зеленое и с зеленым лицом. Сообщает, что прибыл с Марса, что все про героя знает, даже то, что тот жульничает в пасьянс, и что его коллекцию винтажных пластинок вот прямо вот сейчас пытается вынести квартирный вор (Джон Филбин, «На гребне волны»).
В этот же день начинается повсеместное прибытие марсианских гостей на Землю. Гости шумны и эксцентричны. Модель их социального поведения совмещает повадки комиков-стендаперов (которыми, собственно, и являются все занятые на ролях марсиан артисты) с озабоченностью пубертатных подростков и характерными ухватками профессионального свадебного тамады.
Марсиане внезапно телепортируются в самых неожиданных местах - хоть в телестудии, хоть в частной спальне - устраивают сумятицу, кавардак и стендап-камеди, и так же внезапно пропадают.
Они читают мысли. Они обличают, у них природная склонность к скандалам, интригам и расследованиям. И, конечно же, к срыванию всяческих покровов.
С тех пор, как они появились на Земле, все тут пошло наперекосяк. Никаких тайных дум, никакого обмана и уловок, никакого, в конце концов, уединения!
У главного героя, которому посчастливилось стать первым контактером, у первого же среди землян исчерпывается лимит терпения и отказывают нервы. Догадываясь, что инопланетное "вторжение" как-то связано с написанной им мелодией, он решает положить конец всему этому безумию. С верной «ямахой» через плечо отправляется в Вашингтон, в Белый Дом, к американскому президенту (Ронни Кокс; «Вспомнить все», «Правосудие Декстера»), который как раз записывает официальное обращение к своей и к марсианской нациям.
Логично, что попадает герой, в итоге, не в спасители отчизны, а в дурдом. Лечением его занят ортопед (психиатров, в виду того, что творится на Земле, на всех уже не хватает), а в анамнезе у него характерная формулировка: "резкая форма отторжения - пациент отказывается видеть инопланетян, не желая признавать их существования".
Пребывание в загородном дурдоме, долгожданное уединение и свежий воздух побуждают героя не только к написанию первого настоящего хита (без всяких ремейков и цитатной полемики с классиками), но и к тому, чтобы составить эффективный план по изгнанию с Земли всех этих зеленых комиков. Но самое главное: он решает покончить, наконец, с доходной халтурой, вернувшись к своей настоящей мечте – к настоящей музыке!
Как те зеленые марсианские комедианты, валяя дурака и притворяясь слегка чокнутым, этот фильм в сущности в которой раз напоминает зрителю о том, что Музыка - универсальный язык общения. Связывая непохожие характеры и психотипы, она в то же время таит в себе некую непостижимую тайну и возвышенную магию. И куда без музыки всей нашей цивилизации? И куда без нее нам всем? «Всем уговорам твержу я в ответ: нас не разлучат, нет!»
К тому же, в этой замечательной кинокартине убедительно доказывается то, что я давно уже подозревал, только не знал, как сформулировать: что все эти стендаперы с их шуточками и ужимками - родом не с нашей планеты, а откуда-нибудь… ну, вот с Марса, да.
martian

«Марс атакует!», Тим Бартон (1996)



К 1996 году Тим Бартон, заслуженный фрик американского кинематографа, уже прославился такими незабываемыми картинами, как "Биттлджус" (юмористическая деконструкция расхожего сюжета "дом с призраками"), "Эд Вуд" (байопик про худшего кинорежиссера всех времен), "Эдвард Руки-Ножницы" (лирическая деконструкция франкенштейновского мифа, превратившая Джонни Деппа в готическую "икону" 90-х), к тому же успел вдохновенно испортить "бэтменовскую" франшизу. И решил поэкспериментировать с набирающей силой, как локомотивный метод киноискусства, компьютерной графикой. А заодно и жанром «уэллсовских» апокалиптики и войны миров.
В качестве эстетического ориентира им была выбрана серия коллекционных карточек, выполненных художником-комиксистом Уолли Вудом в 1962 году. Серия эта называется "Mars Attacks", и посвящена масштабному вторжению марсиан на Землю с участием флота "летающих блюдец" и десантных частей. Марсиане в ней предстают безжалостными зелеными страшилами с глазами навыкате и гипертрофированным мозгом.
Несколько сюжетных линий позволяют Бартону показать широкую панораму вторжения и (излюбленная автором тема) веселого избиения американского общества потребления. Блестящий актерский состав (от Джека Николсона до Гленн Клоуз, от Дэнни де Вито до Тома Джонса) призван разбавить зрелище удачными скетчами и остротами.
В ходе первого контакта, со словами "мы пришли с миром", уродливые марсиане сжигают встречающую делегацию из бластеров. Потом вроде бы собираются извиниться перед Конгрессом за это досадное недоразумение, но едва сенаторы оказываются в поле зрения марсианского посла - все повторяется. Марсиане коварны и беспринципны. Засылают в президентскую постель диверсанта в образе блондинки-супермодели. В духе классического романа Беляева, отделяют голову Пирса Броснана от тела, а голову Сары Джессики Паркер вообще пришивают к ее левретке. Крушат и жгут все на своем пути.
Единственное, что может противостоять им - тирольские йодли, от прослушивания которых с внушительными головами марсиан происходит примерно то же самое, что происходит с яйцом, если попытаться сварить его в микроволновке.
Яркая буффонада, фильм-китч, фильм-гротеск, сдобренные фирменными бартоновскими черным юмором на грани макабра и безбашенностью на грани придури.
Говоря об этом фильме, любят вспоминать, что в том же году вышел "День независимости" Роланда Эммериха, блокбастер про внеземное вторжение, похожий на бартоновский китч как две капли воды. За одним разительным исключением - если Бартон вроде бы шутит, у Эммериха все всерьез, с надрывом, с эпическим размахом, тут и исполненные праведного гнева президентские речи с крыла истребителя, и развевающееся на яростном ветру звездно-полосатое знамя и залихватские армейские салюты ладонью от виска.
Этот примечательный факт закрепил за Бартоном зловещую славу эстетического рупора поколения, будто бы способного предугадывать все самое худшее из грядущих культурных нововведений. В очередной раз подтвердил его образ эдакого дурашливого "пьяного мастера" гонконгских боевиков, который вроде и ногами заплетается, и ряса у него мятая, и из тыквы-фляги больше попадает на бороду, чем в рот… Но как примет боевую стойку, как подпрыгнет, как вдарит!
И зритель восхищенно выдыхает: ты смотри, что делает! ведь и впрямь - Мастер!