Category: технологии

Category was added automatically. Read all entries about "технологии".

martian

"Красная планета", Энтони Хоффман, 2000



"Red planet", первый и единственный фильм режиссера южноафриканского происхождения Энтони Хоффмана. Снят в 2000 году. При бюджете 80 миллионов $ в прокате собрал 18.
К 2056 году земляне окончательно загадили свою планету до такой степени, что в живых не осталось даже ни одной лягушки и до оканчательного коллапса - лет максимум сто.
Пытаясь найти себе новое жилье на Марсе, приступили к первой стадии терраформинга, бомбардируя Красную планету водорослями при помощи дистанционно управляемых ракет. На двенадцатом году проекта показатели кислорода начинают падать. Чтобы выяснить, что мешает воплощению в жизнь последней надежды человечества на сохранение себя как вида, к Марсу посылают команду из пяти экспертов во главе с коммандером Керри-Энн Мосс (Тринити из франшизы про "Матрицу"). В дороге (а лететь долго, целых пять месяцев) каждый развлекается как может: медик (Теренс Стамп) любит побеседовать о религии и о достижениях человечества (которые лаконично укладывает в два пункта: "греки" и "демократия"), техник (Вэл Килмер) натаскивает переделаннаго под навигатор военного робота, биолог (Том Сайзмор, способный украсить, кажется, любой фильм) гонит в лабе самогонку.
Все идет по плану, но на самой марсианской орбите корабль попадает под гамма-излучение, вызванное вспышкой на солнце. С этого момента все начинает идти наперекосяк и ну никак невозможно удержаться от спойлеров.
Коммандер Керии-Энн Мосс, эвакуировав экипаж, героически остается, чтоб потушить пожар в условиях невесомости и восстановить системы примерно таким способом, каким герои крутых боевиков заводять тачки без ключей. Остальной экипаж приземляется, потеряв при этом склонного к рефлексии медика, и визуально наблюдает полное отсутствие на поверхности Марса ожидаемых водорослей. А чуть позднее и то, что от заранее развернутого автоматического жилого модуля по неизвестной причине остались живописные руины и баки с ракетным топливом.
Эксперты садятся на развалинах и начинают обуждать перспективы терраформинга в ожидании смерти от нехватки кислорода. Когда у одного из участников беседы уже начинаются пердсмертные конвульсии он почти случайно задевает что-то у себя в гермошлеме, убирает щиток и внезапно выясняет, что способен дышать. Тут есть кислород! Жаль до этого не дожил второй пилот. Его успели уронить у глубокое ущелье.
В это время на корабле коммандер Мосс пытается включить зажигание, нажимая на разные цветные кнопки и с помощью разговорчивого искина отправляет в Хьюстон эмоциональные послания (задержка в получении, хотелось бы отметить, 40 минут).
На поверхности Марса уже ночь. Остатки группы разводят костер из оставшихся на руинах цистерн с ракетным топливом. Тут на огонек заходит потерянный при эвакуации бывший боевой робот, которого натаскивал Килмер. Выясняется, что от удара о поверхность планеты у него шарики зашли за ролики и теперь он хочет поиграть с людьми в партизанскую войну.
Наутро чудом уцелевшие герои, еще немного побродив по красивым пейзажам, с любовью снятым в иорданской пустыне, находят марсоход пятидестилетней выдержки и, разобрав его отвертками, налаживают связь. В Хьюстоне мгновенно придумывают им дальнейший план действий: посредством коммандера Мосс приказывают героям отыскать русский космический аппарат, конструктор которого, как с нажимом сообщается, теперь торгует бутербродами в Бруклине (кстати, судя по дальнейшим событиям, это для него вполне заслуженное развитие карьеры)
Вновь бредут герои по фантастически красивому пейзажу, выдержанному в мягких тонах, от густой охры до апельсинового. Причем один еле ковыляет (сломано ребро, постарался робот). Второму (условно говоря, главному и это, конечно Килмер) коммандер только что сообщила в приватном порядке что места в аппарате, к которому они направляются, хватит только для двоих и по этому поводу надо бы что-то придумать. Третий проявляет выраженные признаки социопатии и, кажется, уже готов прикончить приятелей, как чуть ранее поступил со вторым пилотом. И вот они идут и напевают "19th Nervous Breakdown" группы "Роллинг Стоунз".
Тут на них накатывает снежная буря размером со штат Монтана.
В ходе бури взбесившийся робот сокращает команду до двух человек.
Буря стихла, оставшаяся в живых пара Килмер-Сайзмор поднимается на какой-то очередной холм и видит водоросли. "Ладно, щаз не до этого" загадочно машет рукой эксперт-биолог.
Тут действительно становится не до водорослей, потому что из скафандра найденной неподалеку жертвы робота начинают роями вылетать крайне агрессивные светлячки размерам эдак с полладони.
"Наконец-то до меня дошло", замечает эксперт-биолог, "ведь это же нематоды!" Это они, развивает он мысль, сожрали все водоросли. Да и жилой модуль автоматический - тоже их работа (а почему ракетное топливо-то оставили, невольно захотелось спросить, непьющие чтоли?). И хотя на круглых червей роящаяся вокруг героев живность не очень смахивает, эксперту, которого делегировали, доверив ему тем самым свою судьбу, примерно 12 миллиардов человек, как-то хочется верить.
Но светлячки, видимо пораженные этим спорным заявлением, считают иначе. И незамедлительно принимаются делать с биологом то, что сделали уже с водорослями и автоматической базой. Начинают его есть.
В ответ биолог, не растерявшись, поджигает их газовой горелкой, вместе с самим собой и всеми этими водорослевыми полями и кислородом, который они продуцируют. Короче говоря, тут рвануло так, что даже Кери-Энн Мосс с орбиты увидела.
Ужаснувшись масштабам разрушений, она принимается уговаривать Вэла Килмера, чудом уцелевшего в пожаре, идти дальше по пепелищу, к разработке нынешнего торговца сандвичами из Бруклина. Килмер не хочет идти. Все, баста. Я, говорит, устал.
Кери-Энн настаивает. Она убедительна.
А тем временем на окрестных возвышенностях демонстративно гарцует безумный робот. Как бы намекает.
Наконец, Килмер, убежденный доводами Мосс, решает идти дальше. И сразу же находит советский аппарат.
Запускает его при помощи привычных уже манипуляций с отверткой.
Килмера приветствует появившийся на дисплее забавный анимированный медвежонок. Несомненная удача нынешнего бутербродного продавца.
Там есть две кнопки, по-английски наставляет Мосс с орбиты, "on" и "off".
Килмер говорит: вижу, ага. В кадре появляются две кнопки, красная и зеленая, с надписями по-русски "аннулировать" и "проба", причем второе слово - веерх ногами.
"Тревога, недостаток энергии!", сообщает анимированный мишка с дисплея и мордочка его грустнеет.
Дальше в течении немыслимо долгих минут идет то, что сценаристы западные называют "dark moment": "ненавижу эту планету...", "жаль я тебя не поцеловал...", "мне тоже жаль...", И... обрыв связи, конечно.
Робот, устав гарцевать, являя последнему уцелевшему человечишке свою лихость, наконец решается напасть.
И тотчас Килмер вспоминает, что еще из уже перечисленного и отметенного в ходе "dark moment", можно использовать в качестве источника энергии, недостающей отечественной разработке.
Ну, конечно же, ту батарейку, что у робота внутри.
"Напади же на меня", страстно просит Килмер у робота.
Робот легко соглашается. Выставив манипуляторы, принимает боевую стойку в духе ностальгических приставочных файтингов и гонконгских боевиков.
Килмер ловко замыкает два оголенных провода, и робота накрывает выстреливающим из многострадального советского аппарата парашютом.
Килмер, не мешкая, поджигает его, однако успевает перед этим ловко вытащить из обезумевшей железки важную батарейку, а робот еще до кучи зафигачивает в себя (согласно включившемуся протоколу самоуничтожения) свой же собственный разведывательный дрон.
Грохнуло эффектно, но по сравнению с тем, что учудил покойный биолог - это так, цветочки.
Килмеру вновь - хоть бы что. Только разрумянился от волнения, что в сочетании с квадратной прической в стиле культовых русских героев американского кино Ивана Драго и Ивана Данко, придает ему дурной и молодцеватый вид. Ну тоесть, если еще и не Иван, то уж дурак определенно.
Показав планете Марс интернациональный жест "фингер", Килмер стартует навстречу звездам и Кэри-Энн Мосс под драматическую музыку, по пути теряя части обшивки и во множестве рассыпая искры.
Бесстрашная коммандер выходит встречать его в открытый космос на тросе, чтоб лично поймать загибающегося от нехватки кислорода товарища и втащить с вакуумного морозца в корабль, в тепло, прям вручную, при этом раздраконив половину шлюза, с грохотом и искрами, конечно же, что вообще в широком смысле свойственно для любого действия, совершаемого в этом фильме.
Успешно откачав Килмера, как спасатель Малибу едва не утонувшую блондинку, Мосс с улыбкой встречает первые слова заново родившегося товарища: "О, Боже! Я видел Элвиса!"
В заключение картины коммандер проникновенно говорит за кадром приблизительно следующее:
"Все получилось не так, как мы планировали... Хорошо ли, плохо ли, но задание мы выполнили..."
И глубокомысленно добавляет, вспоминая философскую рефлексию медика в начале фильма:
"Возможно, наука - это не главное. Я точно не знаю. Но главное, короче, что мы победили..."
В этот момент возникает чувство, что устами героини говорят как бы все создатели всех самых ужасных фильмов в жанре научной фантастики, снятых со времен Эда Вуда.